БОД это перспектива?

Принудительный труд запрещен. Именно так звучит второй пункт 37-ой статьи Конституции России, провозглашающей это фундаментальное человеческое право. К сожалению, немалым количеством граждан Конституция по-прежнему воспринимается не как основной закон прямого действия, а как некий сборник патетических деклараций, всё более напоминающий религиозный трактат, понимать который следует не буквально, а иносказательно и потому как бы не всерьёз.

Между тем, исходя из самого определения права на труд - это именно право, но не обязанность. В противном случае, любой труд следует немедленно признать принудительным и запретить конституционно, кроме случаев прямого добровольного изъявления на него каждого отдельного гражданина посредством подписанного им трудового договора с работодателем. И если ранее в рабовладельческих обществах вопрос о правах как таковых лежал исключительно в области прав наследования власти её полномочными преемниками, будучи во всех прочих случаях безальтернативным вариантом для всех остальных подневольных, то сейчас фундаментальные права человека превратились в бесполезный фетиш, на деле являющийся лишь формальным прикрытием для всё той же продолжающейся порочной практики принудительной эксплуатации человека бытиём в лице его всевозможных условно-законных, узурпировавших власть владельцев и совладельцев.

Именно поэтому даже современное декларируемое право на труд, в отсутствии альтернативы выживания без труда как такового, превращается в точно такое же принуждение к труду - только не физическое, как ранее, а экономическое. В этом плане можно уверенно констатировать, что и нынешнее глобальное общество также является рабовладельческим с той лишь разницей, что методы принуждения к труду в нём сменились от непосредственно силовых (хард) к экономическим (софт). И это в лучшем случае, ибо во многих странах мира до сих пор реальной альтернативой простому труду является... голодная смерть, притом что в мировом масштабе сельскохозяйственное производство практически повсеместно является дотируемым, либо убыточным, а стало быть оптовые цены на продукты питания являются по-настоящему смехотворными. Что кстати тоже стало результатом прогресса технологий, как и в случае отсутствия необходимости в простом и даже квалифицированном труде в результате прогресса автоматизации многих механических и что особенно важно — большинства информационных процессов.

Именно поэтому традиционалистские общества, где система принуждения к труду является наиболее суровой, так яростно выступают против ГМО - ибо посредством способа ведения традиционного земледелия, часть людей, занятых в сельском хозяйстве напрямую приучается к навязываемой им мысли о том, что "еда должна быть заработана" или "кто не работает - тот не ест", в то время как далее приобретающие эту еду по завышенным ценам другие участники пищевой цепочки, вынуждены фактически за неё работать. И это в то время как с помощью ГМО можно многократно и относительно безопасно увеличить урожайность практически любых культур с тем, чтобы свести на нет стоимость еды как таковой. В данном конкретном случае, это лишь один из примеров того, как реальный прогресс может окончательно преодолеть, либо существенно снизить прямую необходимость в любой принудительной деятельности.

В связи с вышеизложенным, назрел вполне резонный вопрос о том, что вариант экономически принудительного труда, широко распространённого и поныне, нуждается в качественном выведении из реального правового поля. Потому как, повторюсь, в отсутствии альтернативы жизни без необходимости трудиться, любой труд является принудительным и должен быть запрещён. Осознание данного простого факта, несмотря на многовековой опыт выживания человечества в суровых условиях враждебной окружающей среды, будет способствовать увеличению шансов на качественный рост социума в условиях глобальной, теперь уже, автоматизации большинства рутинных процессов, не оставляющей шансов как простому труду, так и труду работников среднего звена. Высшего руководства, кстати, это тоже коснулось - в виде маячащей на горизонте автоматизации принятия управленческих решений с помощью систем искусственного интеллекта. Об этом подробнее излагалось в одной из моих предыдущих статей.

Экзистенциальный аспект мирового кризиса труда и рабочей силы, готовящегося взорваться мощными социальными бомбами как в развитых, так и развивающихся странах, также становится предельно ясен - именно принуждение к бытию является опорой, базой для дальнейшего принуждения к труду и прочим "радостям семейной жизни" в обществе не потребления (ничего не имею против потребления как такового), а в обществе тотального принуждения. Конструктивным выходом из сложившейся ситуации является поэтапное и широкое внедрение концепции БОД (безусловного основного дохода), который должен быть прописан в новой российской Конституции наравне с правом на труд.

Прежде чем узнать, желают ли люди отказаться от жизни в обществе тотального принуждения, следует понять, чем собственно займётся человек, будучи избавленным от необходимости трудиться для целей физического выживания, не говоря уже о полноценном личностном развитии. Не берусь говорить за всех, но достойное занятие для себя может найти каждый, кто изначально не был принуждён к бытию - посредством принудительного труда, традиционалистского (читай - крестьянского) воспитания, принудительной социализации семейного типа, путём внедрения всевозможных импринтингов счастья, заключающихся в постоянном преодолении искусственных препятствий на пути к искусственным же состояниям, как правило порождаемым косностью усредненного и социально поощряемого массового бессознательного.

Всё это стало возможным преодолеть уже сейчас, в эпоху широкой информатизации, когда практически стало нереально держать в неведении целые сообщества, но при этом по-прежнему стоит больших усилий донести специфическую информацию до тех, кто мог бы начать осуществлять столь необходимые перемены. Именно эти перемены и станут точкой приложения по-настоящему прогрессивных политических сил, фокусом, предельной концентрацией их политической воли.